Practice/Siggraph2008/Part2


За кадром, пардон, за рамками этой статьи, остается довольно внушительная дискуссия о том, как киноматериал сканируется с пленки, обрабатывается, дополняется спецэффектами и выводится обратно на пленку, при условии однозначного «попадания» в оригинальный «пленочный» цвет. В процессе производства полностью анимационных фильмов, как в случае с Dream Works?, нет необходимости попадания в жесткий диапазон цветов, есть лишь задача точной калибровки мониторов и принтеров, выводящих данные на пленку, и в этом случае наличие вышеописанного монитора становится довольно приятным и полезным. Если учитывать, что индустрия неумолимо движется к полностью цифровому кино, включая цифровые кинотеатры, то задача попадания в цвет становится еще более прозаичной, и обеспечение соответствующего персонала LCD-мониторами с настоящим черным цветом и возможностью адекватной работы в различных цветовых пространствах может стать стандартом де-факто. Посмотрим, что скажут другие мониторные гиганты.


Продолжая тему дисплеев, хочу сказать, что после набившего оскомину термина HD (high definition) я обнаружил на выставке новую торговую марку – UD (Ultra Definition). Обнаружил на стенде компании Mersive, представляющей настоящих монстров – дисплеи с разрешением 27 мегапикселов и высотой в человеческий рост. Целевая аудитория – симуляторы, тренажеры, музеи (!). При глубине 90 сантиметров эти монстры выглядели достаточно компактным решением. Размышляя о том, по какому интерфейсу заводится сигнал на эти дисплеи, я наткнулся на стенд компании Scalable Display Technologies, которая производит программные решения для корректного отображения картинки с высоким разрешением с помощью нескольких проекторов с низким разрешением. Предположим, у вас есть двух… нет, берем круче, трехмониторная конфигурация (Matrox Triple Head 2 Go?), и, соответственно, вы установили разрешение своего рабочего стола под Windows Vista в 3500х1024. Если вы хотите вывести картинку с таким разрешением, используя свои старенькие 1280х1024-проекторы, значит, это решение для вас. Программное обеспечение выровняет границы каждой картинки, скомпенсирует яркость в областях перекрытий, автоматически откалибрует все устройства.
Я
рко выступила на Siggraph компания Lenovo. Центральным продуктом экспозиции был мегамощный ноутбук Think Pad? W700, главная фишка которого – встроенный планшет Wacom. (Удивительно, что никто не додумался до этого лет пять назад, когда появились первые «замены десктопов» с множеством свободного места под клавиатурой). Это, пожалуй, самый «графический» ноутбук года: Intel Core 2 Extreme Quad Core, nVidia Quadro FX3700M с гигабайтом графической памяти и 8-(!) гигабайтами обычной, 17-дюймовый дисплей удвоенной яркости, два жестких диска, причем второй может быть твердотельным. Встроенный Blu-ray Drive заменяется при желании на третий-(!) жесткий диск. Чтобы усилить ощущение мощности, компания Lenovo выставила на стенд настоящий болид Формулы-1, у которого на месте ветрового стекла установлена трехмониторная система, а руль присоединен к автосимулятору, чтобы каждый мог сесть в кресло пилота и хорошенько погонять по виртуальной трассе с полным погружением.


Когда впервые берешь в руки твердотельный жесткий диск, тут же следует реакция – «да ведь он пустой!». На стенде компании Bi TMICRO? я с восторгом подбрасывал на ладони легчайшие SSD-диски, разглядывая мозаику чипов памяти сквозь прозрачные корпуса. Переведя взгляд на стену стенда, я не поверил глазам: SSD-диск на 6,5-терабайта, 55-тысяч операций ввода/вывода в секунду, быстродействие 230 Мбайт/с. А неподалеку обнаружилась компания Texas Me mory System, демонстрировавшая RAID-массив на основе SSD-дисков общей емкостью 64 терабайта. Похоже, твердотельные диски приходят всерьез и надолго.


Проходя мимо стенда компании Trolltech, производящей хорошо известные С++ библиотеки Qt, я невинно поинтересовался, что же компания делает на Siggraph. И услышал ответ на отличном русском языке, что половина обитателей выставки, включая Lucas Films или Laika, это постоянные клиенты Trolltech. Мой вопрос, однако, был неслучаен. Совсем недавно эту компактную компанию приобрел коммуникационный гигант Nokia. Любопытство усиливалось тем, что в этом году анимационный фестиваль Siggraph проходил в только что отгроханном неподалеку огромном Nokia Animation Theatre, а имя Nokia светилось в бесчисленных пресс-релизах. Я пытался выведать у очаровательной русскоговорящей девушки (занимающей не последнюю позицию в компании) о планах Nokia на рынке графики или хотя бы о том, зачем была куплена Trolltech, но услышал лишь: «Я правда не знаю, зато нам всем выдали очень хорошие мобильные телефоны».


Если попытаться оценить выставочную программу в целом, то можно сказать, что в этом году Siggraph – выставка сервисов. И львиная доля этих сервисов – захват движений (motion capture) и трехмерное сканирование объектов, включая сканирование в реальном времени, что превращает процесс в систему захвата движения. Эти технологии стремительно сливаются, порождая новые сервисы, такие как facial motion capture, texture capture, lighting capture. Шутка ли, в каталоге выставки я насчитал 27 фирм, относящих себя только к категории motion capture. Основной посыл таких небольших компаний: «Мы сделаем процесс захвата/сканирования еще дешевле». Очевидно в ущерб качеству. Vicon, безоговорочный лидер на этом рынке, поставляет свои решения в среднем за 400 тысяч долларов, поэтому желающих удешевить сервис очень и очень много.


Среди новичков хочется отметить компанию Aguru Images, которая занимается захватом освещения. Выглядит это так: в огромную футуристическую сферу (Aguru Dome) залезает человек, где его, условно говоря, «фотографируют». На выходе получается не только форма головы и текстура кожи, но и модель освещения, включающая блики, диффузное освещение, карты нормалей, то есть близкая к физическим свойствам реальной сканируемой модели.


Microsoft Research представила очень интересную разработку Unwrap Mosaic. Лицо человека снимают обычной некалиброванной камерой, как бы облетая человека вокруг. На основе информации о тенях восстанавливается развертка текстуры лица. С этой текстурой можно проделать всякие глупости (на демонстрации рисовались усы) и наложить ее обратно на видео. Причем исправленная текстура ложится именно на трехмерную поверхность лица, а не на плоскость видео. Трехмерная модель лица не восстанавливается, а используется в вычислениях в неявном виде только для восстановления текстуры объекта. Естественно, содрать текстуру можно с любого объекта. Непонятно, насколько это пригодится в традиционном процессе сканирования и текстурирования, но с точки зрения видеоэффектов это явно свежий ход.


Компания Pixar в нынешнем году праздновала двадцатилетие своего флагманского продукта Render Man?, который практически с момента своего рождения является безусловным лидером в области рендеринга. К 2008 году пакет дошел до 14-й версии, о многочисленных новшествах в которой сообщалось на выставке. Как обычно, в середине дня, между стендами выстраивалась пятисотметровая (я не преувеличиваю) очередь – это Pixar раздавал знаменитые чайники, а сверху на людскую толчею взирал вечно удивленный робот Wall-E – герой последнего полнометражного фильма от Pixar. Фильм, кстати, получился для взрослых – спустя некоторое время после премьеры, в Сети появились настоятельные рекомендации не брать детей на эту картину. Красивая, эмоциональная, интеллектуальная история начинается под музыку и почти половина фильма проходит без единого слова. Редкий детский темперамент способен вынести столь неторопливое начало.


Многие производящие студии (Dream Works?, Rhythm&Hues, Sony Pictures, Disney, Blue Sky) традиционно приезжают на Siggraph с одной целью – вести агрессивную охоту за людьми. Сбор резюме и собеседования давно стал неотъемлемой частью выставки. Из неофициальных источников известно, что если раньше резюме принимались только у тех, кто имеет право работать в Соединенных Штатах, то в нынешнем году студии неявно игнорировали это правило, охотно разговаривая со всеми соискателями. Дефицит кадров мучает индустрию уже много лет. Количество анимационных картин неуклонно растет, соответственно растут и потребности рынка в рабочей силе. Например, студия Dream Works? выпускает уже два полных анимационных метра в год и планирует выйти на три (!). Для этого ей пришлось открыть филиал в Индии, в Бангалоре, на базе индийской студии Paprika. Именно этот филиал должен будет ежегодно выпускать третий фильм. Студия Rhythm&Hues также открыла филиал в Индии, что говорит, с одной стороны, о том, что дефицит рабочей силы вынуждает студии искать кадры за рубежом, а с другой – что Индия рассматривается как очень надежная страна для производства компьютерной графики и анимации. За рамками статьи остается дискуссия о параллелях между программированием и компьютерной анимацией и об аналогиях между Индией и Россией. Об этом много говорилось на последней российской конференции Cg Event?, где присутствовали представители Rhythm&Hues, Pixar, Sony Pictures.


Кстати, увеличению числа анимационных фильмов в немалой степени способствует почти религиозное противостояние между студиями Dream Works? и Disney. В свое время Джеффри Катценберг, человек фантастической энергии и харизмы, ушел из Disney в результате громкого скандала и поклялся догнать, перегнать и поставить на колени империю Disney, по крайней мере в области трехмерного анимационного кино. (Всем интересующимся этой затяжной интригой рекомендую прочитать книжки «Война за империю Дисней» и «iКона», переведенные на русский язык.) Пока темпы развития Dream Works? только поражают; во время посещения студии мне удалось увидеть четыре одновременно запущенных проекта: «Мадагаскар-2», «Как тренировать своих драконов», «Роботы против Пришельцев» и, конечно, четвертый «Шрек». Кстати, проходя мимо стен с тысячами эскизов, я увидел целую серию фотографий Бритни Спирс с одного из концертов. Сильно удивившись и приглядевшись, я заметил сверху надпись: «Хорошие образцы причесок для образа Фионы-Воина». А дальше на стенде была серия потрясающих эскизов подруги Шрека в боевом облачении с гривой волос от Бритни. Сфотографировать, по понятным причинам, не удалось.


Возвращаясь к религиозной теме и программному обеспечению (дискуссии в российских cg-форумах о том, какой программный пакет лучше, имеют явную религиозную окраску), замечу, что компания Autodesk продолжает экспансию на рынок ПО. За прошедший год она прикупила фирму Real Viz?, и на Siggraph были анонсированы продукты Autodesk Stitcher Unlimited 2009 и Autodesk Ima ge Modeler 2009. Первый позволяет сшивать панорамы из множественных изображений, а вот второй пакет занимается более интеллектуальной работой – он восстанавливает трехмерные объекты по их двухмерным фотографиям. Количество программных пакетов, которые продает Autodesk, приближается к сотне, причем это не разные функциональные версии нескольких программ (типа lite, standard, advanced, pro, ultra edit ion), а множественные семейства программного обеспечения, работающие на разных рынках. Любопытно, что многие пакеты конкурируют друг с другом, особенно в области 3D-анимации и 2D-композитинга. Объявленные Maya 2009, 3ds max 2009, Motion Builder 2009 явно пересекаются по функциональности. Наивные пользователи, наверное, ждут, что компания возьмет и сделает на основе всех своих многочисленных и уникальных продуктов один новый софт-убийцу, который унаследует все лучшие наработки имеющихся пакетов. По крайней мере, так было в 1998 году, года Maya была написана на основе систем Power Animator, Ex plore, Advanced Visualizer, Dy na mation, Kinemation, принадлежащих Ali as|Wa vefront. По крайней мере, так можно было подумать, когда в седьмой версии Maya появилась новая инверсная кинематика, унаследованная из Motion Builder (и благополучно позабытая впоследствии). Однако (с моей субъективной точки зрения) зачем создавать еще один, пусть и превосходный пакет, если десяток других продаются из рук вон хорошо и денег приносят в разы больше. Похоже, что в 2008 году обстановка на рынке программного обеспечения несколько другая, чем в 1998-м (по крайней мере в области, которую мы обсуждаем).


А вот компании Softimage гораздо проще продвигать свой трехмерный пакет XSI, он у нее один. Маркетинговые методы компании довольно своеобразные, достаточно вспомнить выпущенный два года назад плагин Face Robot по цене 95 тысяч долларов. В этом году пиар-хитом стала ICE (Interactive Creative Environment), среда создания спецэффектов, основанная на концепции визуального программирования, то есть пользователь собирает нужный эффект из блоков, соединяя их в дерево с помощью связей. Code Less, Create More – главный девиз разработчиков ICE, входящей в состав XSI 7. За всем этим чувствуется явное подражание архитектуре пакета Houdini, законодателя мод в области создания динамических спецэффектов. Насколько удачным окажется это подражание, покажет время; до сих пор заимствование идей производителями инструментов для создания анимации и спецэффектов весьма благотворно влияло на развитие индустрии, заставляя разработчиков постоянно предлагать что-то новое.


Компания Side FX?, разработчик Houdini, в этом году вообще отказалась от собственного стенда, зато провела серию массированных мастерклассов, направленных на популяризацию пакета, пользовательская база которого до сих пор довольно мала (сравнительно с Maya и XSI). Добравшись до версии 9.5, пакет наконец-то был портирован на Mac OS X, что тоже может расцениваться как расширение аудитории пользователей.


Ну а главным фетишем этого года было СТЕРЕО. Индустрия почувствовала новую «фишку», на которой можно отлично заработать, и маркетинговая машина запыхтела в полную силу. Половина анимационных показов на конференции проводилась в стереоформате («Кунфу Панда» в стерео выглядит убийственно). Dream Works? собирается выпускать все новые фильмы в стерео. Pixar и Disney не отстают. Трехмерные пакеты адаптируют свои соответствующие инструменты под рендеринг анимации «для двух глаз». Индустрия композитинга ломает голову над оптимизацией удвоенного объема данных. Поставщики оборудования срочно выбрасывают на рынок сырые модели стереокамер. Производители очков обогащаются ежесекундно.


Стремительно формируется не только новая технология, но и новая культура. В авральном порядке созываются семинары и мастерклассы на стереотему. Делаются оптимистические прог нозы о возрастании доли стереокино в общем объеме кинорынка. Суматошно формируются новые законы монтажа. Кругом плодятся 4D-аттракционы, где люди в очках неистово трясутся в вибрирующих креслах. Индустрия подбадривает сама себя и, конечно, зрителя. Ведь стерео – это отличный повод снова загнать в кинозал тех, кто перестал туда ходить, сконструировав у себя дома напротив дивана домашний кинотеатр. Стерео призвано согнать зрителей с диванов, хотя бы на пару лет, пока не спадет ажиотаж. Стерео – это огромные деньги, причем заработают на этом, похоже, все, ведь платит зритель. (Любопытная статистика: в этом году крупнейшие американские анимационные студии собираются выпустить три полных стереометра, в 2009 году – десять, но стереокинотеатров, где можно показать эти шедевры, всего тысяча, против 39 тысяч обычных кинотеатров.)


Если стряхнуть наваждение стереоистерии, можно вспомнить, что киноиндустрия уже проходила по пути экспериментов с правым и левым глазом. В Голливуде занимались этим еще в пятидесятые годы прошлого века, а в Москве на Калининском проспекте в 1967 году был открыт стереозал в кинотеатре «Октябрь» (том самом), в котором показывали крепкий отечественный стереобоевик «Таинственный монах». Смотреть надо было в очках, стереоэффекты были на высоте, сам ходил и помню, как с восторгом уворачивался от поливальной машины. Главным недостатком стереокино прошлого века была аналоговая уязвимость. Съемка на две пленки, необходимость использования двух проекторов для показа этих пленок, постоянные проблемы синхронизации. В случае обрыва одной из пленок требовалось аккуратно разрезать и склеить обе пленки. Ошибка в кадр могла загубить весь эффект. А киномеханики, как известно, не самые аккуратные люди. С приходом цифры стерео получило фантастические возможности. Синхронизация перестала быть проблемой. 3D-анимация рендерится заменой одной камеры на две. Почти все видеокарты поддерживают вывод двух сигналов. Время стерео пришло технологически.


Однако неплохо бы посмотреть не только на достоинства, но и на недостатки новой технологии. Главное достоинство – это, как было сказано выше, возможность заработать. К числу новых креативных возможностей можно отнести возможность воздействовать на зрителя еще через один канал восприятия реальности, через глубину. Воздействовать напрямую, физиологически. Зритель будет весело уворачиваться от летящих камней и брызг и азартно тянуть лапки в сторону милых зверушек на экране. Хотя такие эффекты уже признаны многими критиками вульгарными и дешевыми, и те, кто делает «большое кино», а не аттракционы, стараются соблюдать меру в отношении заигрывания со зрителем. Более тонкой возможностью является игра со стереобазой. Можно заставить зрителя почувствовать себя ничтожной букашкой, взирающей на гигантский мир вокруг, сдвинув глаза (камеры) в кучу. Либо можно раздвинуть глаза пошире, давая зрителю (с устойчивой психикой) возможность побыть гигантским монстром, взирающим на ничтожных букашек. Съемка декораций с разной стереобазой дает эффективную возможность обманывать зрителя относительно их размера. Работа с глубиной кадра и выстраивание кадра вглубь дают новую степень творческой свободы.


Однако за все приходится платить, и похоже, стерео накладывает не меньше ограничений (в первую очередь творческих), чем дает возможностей. Вы не можете быстро двигать камеру, как привыкли на съемке видеоклипов, все ваши панорамы должны быть плавными. Забудьте про нормальные отъезды и наезды. Вы не можете склеить два кадра, стыкующиеся по всем закона монтажа, если они не согласованы по глубине. Забудьте про вертикальные вращения камеры. Если вдруг в вашем кад ре случайно появляется объект, который выходит за рамки уже существующей глубины кадра, он мгновенно разрушает весь стереоэффект. Вы не можете просто пересчитать существующую анимацию, заменив одну камеру на две, зритель не переживет скачков глубины. Все ваши текстуры нуждаются в редактировании, ведь светопоглощающие стереоочки накладывают ограничение на «темность» сцен и материалов, некоторые мрачные сцены просто не будут восприниматься в стерео. Что делать с глубиной резкости? Просчитать/cнять ее в кадре или обойтись без нее, полагаясь на то, что зрительский глаз сам физиологически создаст ее в процессе просмотра стереокадра? Как быть с просмотром материала, ведь стереоогрехи, незаметные на мониторе или в просмотровой комнате, могут бросаться в глаза на большом экране.


Не являются ли все эти технологические ограничения ограничениями творческой свободы? Время, наверное, покажет, но я не удивлюсь, если через три-четыре года, выходя из кинотеатра и потирая красные глазки, вы скажете: «А не посмотреть ли мне пару старых добрых плоских фильмов с безумным монтажом и шустрой камерой?»